М. обратился в суд с иском к Г. о взыскании неосновательного обогащения, указывая, что в июле 2024 года между обществом с ограниченной ответственностью «СК «Р.» и обществом с ограниченной ответственностью «С.» заключен договор по условиям которого, подрядчик в лице ООО С. обязался по поручению заказчика СК Р. в интересах завода ПАО «Т.» осуществить демонтаж и монолитные работы.

По просьбе ответчика часть денежных средств за оплату работ по договору от в июле 2024 года оплачивалась истцом на личный лицевой счет ответчика посредством переводов по номеру телефона последнего.

Так, за период с сентября по октябрь 2024 года истцом было переведено 672 000 рублей.

В последующем ООО С. обратился в Арбитражный суд Чувашской Республике с заявлением о взыскании с СК Р. денежных средств по договору от в июле 2024 года за выполненные в рамках данного договора работы.

На стороне ответчика Г. возникло неосновательное обогащение от плательщика М. на сумму 672 000 рублей.

Поскольку в рамках осуществления проверочных мероприятий сотрудниками полиции по заявлению СК Р. о наличии в действиях Г. и его сына (директора ООО С.) А. признаков состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ, Г. утверждалось, что спорные денежные средства им получены якобы по некой сделке займа, следовательно, Г. априори при получении вышеуказанных сумм осознавал отсутствие правовых оснований для их получения и удержания.

Более того, в судебном заседании Арбитражного суда представителями ООО С. также указывалось на отсутствие принадлежности этих сумм к самому ООО С., что так же подтверждает изначальное желание ответчика обогатиться за счет иного лица.

Кроме того, за перевод денежных средств истцом уплачивалась комиссия Сб.у, которая суммарно составила 1 660 рублей, которая в соответствии со ст. 15 ГК РФ также подлежит взысканию с ответчика.

По мнению ответчика, для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных ст.1109 ГК РФ.

Между сторонами был заключен устный договор займа, свидетельствующий о передаче Г.  М. денежной суммы в размере 1 млн. рублей, которые влекут возникновение заемных отношений с истцом, также истец не представил доказательства, подтверждающих, что между сторонами имело место какое-либо соглашение, свидетельствующее о том, что денежные средства, перечисленные Ответчику, подлежат возврату.  

Кроме того, перечисления были неоднократные, что свидетельствует об отсутствии неосновательного обогащения, а подтверждают систематичность выплат Ответчику, по ранее выданному ему займу.

Истцом денежные средства перечислены исключительно с целью возврата денежных средств, которые ранее занял у Ответчика, в связи с чем, денежная сумма переведенная М. Г. не подлежит возврату в качестве неосновательного обогащения. Просил в удовлетворении иска отказать.

Наличие каких-либо договорных обязательств (займа и т.д.) достигнутых между сторонами, как истцом, так и ответчиком в письменной форме не приведено, что также не оспаривается представителем истца.

В соответствии с п.1 ст.1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст.1109 этого же кодекса.

Правила, предусмотренные главой 60 данного кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (п.2).

Из приведенных правовых норм следует, что по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества.

Поскольку иное не установлено данным кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные главой 60 названного кодекса, подлежат применению также к требованиям: о возврате исполненного по недействительной сделке; об истребовании имущества собственником из чужого незаконного владения; одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством; о возмещении вреда, в том числе причиненного недобросовестным поведением обогатившегося лица (ст.1103 ГК РФ).

В соответствии с правовой позицией Верховного Суда РФ, изложенной в п.7 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ №2 (2019), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 17.07.2019г., по делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.

Согласно пп.4 ст.1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

В силу указанной правовой нормы денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что воля передавшего их лица осуществлена в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без встречного предоставления.

Таким образом, разрешая спор о возврате неосновательного обогащения, суду необходимо установить, была ли осуществлена передача денежных средств или иного имущества добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего либо с благотворительной целью, или передача денежных средств и имущества осуществлялась во исполнение договора сторон либо иной сделки.

При этом подп.4 ст.1109 ГК РФ подлежит применению только в том случае, если передача денежных средств или иного имущества произведена добровольно и намеренно при отсутствии какой-либо обязанности со стороны передающего либо с благотворительной целью.

Ответчик в возражениях на иск указал, что М. на основании устной договоренности в августе 2024г. им были предоставлены денежные средства в долг в сумме 1000000.00 рублей, в счет погашения которой и были осуществлены истцом переводы денежных средств на его счет, при этом договор займа между ними или же письменная расписка, не составлялось.

Если стороны не согласовали какое-либо условие договора, относящееся к существенным, но затем совместными действиями по исполнению договора и его принятию устранили необходимость согласования такого условия, то договор считается заключенным.

В данном случае, как следует из материалов дела, в том числе содержания искового заявления, чеков по операции ПАО Сб. договоров, имеющих возмездный характер между М. и Г., не были заключены.

В рассматриваемом случае истец сам в качестве основания иска указывает на отсутствие между М. и Г. каких-либо встречных обязательств, договорных и иных правоотношений, соответственно в этом случае ответчик освобожден от представления доказательств данного обстоятельства.

Следовательно, к спорным правоотношениям подлежат применению положения, закрепленные в пп.4 ст.1109 ГК РФ, и соответственно у суда отсутствуют правовые основания для взыскания с ответчика в пользу истца предъявленной денежной суммы как неосновательного обогащения.

При этом само по себе заявление истца о неосновательном обогащении ответчика без представления соответствующих доказательств, подтверждающих данное заявление, не может являться безусловным основанием для удовлетворения исковых требований.

Совершая шесть последовательных переводов денежных средств на счет ответчика с указанием этих данных, М. не мог не знать, кому и на какой счет он добровольно и целенаправленно в отсутствие каких-либо обязательств, перечислял денежные средства.

Совокупность указанных обстоятельств, по мнению суда, свидетельствует о том, что, М., давая распоряжение банку о перечислении денежных средств на счет ответчика, а также точные данные получателя перечисляемых денежных средств, перечисляло денежные средства на счет получателя добровольно и намеренно во исполнение несуществующего обязательства, при том, что истец, знал об отсутствии у него каких-либо обязательств перед ответчиком.

Таким образом, в силу п.4 ст.1109 ГК РФ истец, знавший об отсутствии обязательств между ним и ответчиком, не вправе требовать возврата перечисленных денежных сумм от ответчика в порядке ст.1102 ГК РФ, в связи с этим требование истца о взыскании с ответчика денежных средств в размере 672000.00 рублей в качестве неосновательного обогащения является необоснованным.

Изучив материалы дела, суд отказал в иске М.

Решение не вступило в законную силу.